.

Профессия второй половины жизни

Управлять оркестром – это наука, искусство и вдохновение

Профессия второй половины жизни

Только два дня, 30 и 31 декабря, в канун Нового года под сводами старой кирхи будут звучать волнующие вальсы и бравурные польки Иоганна Штрауса, арии и увертюры из опер и оперетт в исполнении сводного симфонического оркестра. Эту традицию 30 лет назад заложил директор Архангельской филармонии Владимир Слесарев. В этом году за дирижерский пульт встал молодой талантливый флейтист, солист Поморской филармонии 32-летний Виктор Воробьев.

Ему предложили – он не отказался, а ведь опыта в дирижировании почти никакого, зато есть понимание сути профессии, любовь к музыке, энтузиазм и работоспособность.

– Виктор, вы получили дирижерское консерваторское образование, но работать дирижером и не думали?

– Шесть лет назад закончил Казанскую государственную консерваторию им. Н. Г. Жиганова по классу флейты.

Второе дирижерское образование получил у народного артиста России профессора Фуата Шакировича Мансурова. Честно говоря, учась в консерватории, я думал, что буду оркестровым музыкантом, а для этого надо знать азы дирижирования, понимать, что от тебя хочет руководитель оркестра. Чем лучше понимаешь дирижера, тем лучше работаешь как музыкант. С тех пор как отдирижировал госэкзамен в консерватории, вернулся в Архангельск, поступил на сцену Поморской филармонии, случая не предоставлялось. Но мне это было интересно всегда, поэтому, когда ведущие музыканты мне предложили занять место дирижера новогоднего симфонического оркестра, я не отказался.

– Вы знаете, что прообразом традиции собирать на сцене Камерного зала малый симфонический оркестр послужило знаменитое новогоднее выступление симфонического оркестра в Вене. А вы, кстати, будете самым молодым дирижером филармонии, как, впрочем, и в далекой Вене руководить новогодним концертом 2017 года будет тоже самый молодой дирижер за всю историю Венского оркестра.

– О традиции этой, конечно, знаю. Сам каждый год участвовал в этих праздничных программах нашей филармонии, знаю всех музыкантов, а вот сейчас смотрю на это с другой стороны. Как говорил мой наставник: «Дирижер – это профессия второй половины жизни». Для меня этот жизненный период еще не наступил, поэтому я, конечно, волнуюсь, но это боевое, приятное волнение.

– Наверное, самый важный психологический момент для начинающего дирижера – завоевать доверие музыкантов.

– Да, согласен. Дирижер должен быть авторитетом для исполнителей, для своих коллег. Есть мнение, что дирижер должен быть деспотом. Но я думаю, что у нас будет все по любви.

Я же не приехал в неизвестное мне место, с этими музыкантами знаком много лет. У нас совместный процесс творчества, и каждый хочет добиться успеха.

– А к себе какие требования предъявляете?

– Должен быть убедителен настолько, чтобы не возникало момента споров во время репетиций или во время подготовки. Мало того, что необходимо самому четко понимать свои требования, нужно доходчиво и точно объяснить их каждому музыканту.

– Сводный симфонический оркестр собирается в филармонии для новогоднего концерта буквально за неделю до выступления. Но вы-то, я знаю, готовитесь уже давно.

– Практически с начала сезона. Нужно досконально знать все произведения, музыку, которая будет исполняться. Каждую партитуру учу наизусть. У любого дирижера лежат перед глазами ноты, но хороший дирижер не имеет права туда смотреть. Он видит партитуру боковым зрением, но все голоса, которые выступают в оркестре, он должен знать назубок.

– Это же невозможно?!

– Возможно. Это не так сложно, как вам кажется. Сложнее другое: собрать и держать оркестр как единое целое. Вовремя посмотреть на музыканта, понять, готов он или нет. Если он не готов по какой-то причине, помочь ему собраться и дать знак к вступлению. Волнение на сцене большое: упала партитура, сбился со счета. Музыкант поднимает на дирижера глаза в надежде, что тот про него не забудет, и хороший дирижер уверенно считает: «Один, два, три, начали! Молодец, получилось!»

– Вы так увлечено рассказываете, вдруг это будет вашей профессией второй половины жизни?

– Меня жизнь учит не загадывать. Это будет большое достижение для города, если в Архангельске зазвучит свой симфонический оркестр. Пока же на предновогодние концерты один раз в год мы собираем музыкантов из Архангельска и Северодвинска. Отар Валерьевич Малишава у нас является инспектором оркестра. И он приглашает тех же самых людей, которые уже неоднократно проверены. Медная группа – это музыканты духового оркестра Главного управления МЧС России по Архангельской области. В оркестре участвует Архангельский музыкальный колледж. Состав достаточно компактный, исходя из возможностей города.

– Мечта с наличием симфонического оркестра пока никак не может реализоваться... Но как флейтист вы набираете обороты. У вас подготовлено несколько сольных программ. Одно другому не мешает?

– Только помогает. Сейчас веду в Архангельском музыкальном колледже факультатив дирижирования, но это, прямо скажем, минимальные, элементарные знания, которые за это время можно дать.

Очень трудно научиться дирижированию быстро. Здесь нужен колоссальный жизненный и музыкантский опыт. Фуат Шакирович Мансуров говорил, что существует три вида дирижирования. Самый распространенный, когда дирижер мешает играть оркестру. Единицы – те, кто не мешает. И гении – те, кто помогает оркестру играть. Чтобы помогать, надо знать колоссальное количество музыки, надо понимать музыкантов, которые в оркестре с тобой работают. Конечно, трудно играть на всех инструментах сразу, но понимать принцип звукоизвлечения, акустики звука – обязательно. Нельзя дирижировать «под оркестр», надо идти впереди, но так, чтобы и не убежать далеко и чтобы оркестр тебя «не задавил», а такой баланс дается только с опытом.

– У вас есть кумиры в мировой школе дирижирования, те, на кого равняетесь?

– В разных сферах искусства большинство мастеров копировали своих предшественников: и в изобразительном искусстве, и в музыке.

В этом нет ничего плохого. Другое дело, что все должно быть в меру. У меня есть свои, субъективные кумиры, которые меня вдохновляют, – мой учитель Фуат Шакирович Мансуров. Он для меня в музыке был и есть пример для подражания. Из зарубежных, пожалуй, выделю Карлоса Клайбера. Потрясающий австрийский дирижер, никогда не имел своего оркестра, да и не хотел. Он тоже дирижировал Венским оркестром.

Меня жизнь учит не загадывать. Это будет большое достижение для города, если в Архангельске зазвучит свой симфонический оркестр.

– В Поморской филармонии у вас есть учителя?

– Безусловно. Вспоминаю, как я – молодой щегол, школяр – закончил консерваторию, приехал, и мне говорят: «Иди работай». Как это? На флейте я играю, а как себя вести на сцене, как выбрать программу, правильно распределить свои силы на концерте? Вот здесь пришли на помощь мои старшие коллеги. За шесть лет работы в Поморской филармонии у меня уже состоялось семь сольных концертов, и ни одна программа не повторилась. В марте делал программу, посвященную основоположнику русской флейтовой школы, незаслуженно забытому талантливому музыканту Владимиру Цыбину. Произведения этого композитора в Архангельске исполнялись впервые. В апреле посвящу концерт французской музыке.

– Виктор, вы в свои 32 года удовлетворены своим состоянием как музыкант, удается полностью творчески реализоваться?

– В этой интерпритации есть более важное слово – благодарность. Я благодарен и филармонии, и коллегам, и судьбе. У меня есть возможность реализовывать себя как солист, исполнитель, и я счастлив, что мне позволено играть сольные концерты, которые сам составляю. Это, поверьте, редко бывает. И благодарен зрителям, которых с каждым концертом становится все больше. А это значит, что я на правильном пути. Сегодня еще представилась возможность реализовать себя в новом качестве... Да, забыл: от кирхи до другой моей работы – музыкального колледжа идти семь минут. И я могу совершенно спокойно, не расплескивая свои знания и опыт, донести их до студентов.

О чем же еще мечтать?!